Старуха-чайка

Подобно двуликому Янусу, один лик которого устремлен в прошлое, а другой в будущее,

нам на каждом шагу встречаются люди, олицетворяющие наше прошедшее и грядущее.

 

В своей душе закрывшись глухо,

Под излучением неона

Бредет костлявая старуха

По плазе русского района,

Старуха с алчными губами

И с обреченными глазами

Проходит мелкими шагами

Пред витражами.

 

И реагирует клетчаткой

На предсказуемые встречи,

Притом купается, как чайка,

В русско-еврейском просторечье,

И, как бесформенная ваза,

В преддверье смертного тарана

Она стоит на русской плазе

У ресторана.

 

И смотрит, как в плену веснушек

Туда элитно входят дамы

В алмазном дыме безделушек

И с полускрытыми грудями,

Глядит незыблемо и хладно,

Любых подробностей всезнайка,

И тянет шею кровожадно

Старуха-чайка.

 

Но вот одна из дам входящих,

Проплыв походкою балетной,

Столкнулась с кем-то из курящих

И растянулась неэффектно,

Прижав рукой вставную челюсть

Во рту прогнившего колодца,

Карга украдкой, словно челядь,

Трясясь, смеется.

 

Остановившись в будуаре

Застывшей уличной картины,

Она стоит на тротуаре,

Как древнеримские руины,

Затем склоняется горбато,

Найдя у ног своих монету,

И ловит носом ароматы,

Которых нету.

 

С небес стремглав стекают воды,

Как у рожницы из лона,

Старуха медленно отходит

От плазы русского района,

Скрипят несмазанные кости,

И дребезжит, как таратайка,

Грызя обломанные когти,

Старуха-чайка.

 

 

2000