Облака

Снега, кругом снега,
Пустыня белых снов,
А в небе облака,
Как зеркало снегов.
 
        А мы уходим, языком нас скоро слижет горизонт,
        Торосы скроют силуэты наших тел,
        Нам надоел до смерти жизненный удел,
        Вольемся лучше в безразличья белый фонд.
 
        Пригоршней снега лоб усталый оботри,
        Вперед! В движеньи веселее умирать,
        А то, что скорбь невыносимая внутри,
        Так начинай, пожалуй, горькую хлестать.
 
По льду, скользим по льду,
Темнеет на глазах,
Несем, но не беду,
И чувствуем не страх.
 
        А мы уходим так бесславно, как, наверно, никогда
        Не уходил никто из пращуров досель,
        Погубит нас молоха отпрыск, грозный сель,
        Неотвратимо подступающий сюда.
 
        Луна бесстыдно обнажилась донага,
        И звезды мраком упиваются вовсю,
        Их потемневшие прикрыли облака,
        Они в себе печаль безмолвия несут.
 
Тоска, везде тоска,
Холодная печать,
Одни лишь облака
Плывут, как благодать.
 
        А мы уходим вместе с веком, с веком суперподлецов,
        Идеи наши станут только досаждать,
        И поколенье будет долго, долго ждать,
        Когда взойдет в нем семя свежее отцов.
 
        Узри небесные стада в последний час,
        Они кому-то, может, что-то донесут,
        Нечеловеческая в них живет печаль
        И человеческий неведом им абсурд.
 
 
1998