V. Gindler

2011

 

Не пей, красавица, при мне,

когда не знаешь толк в вине.

Послушай лучше дядю Гиви.

Он в коньяках большой знаток,

И ты узнаешь, видит Бог,

как разбирается он в пиве.

 

Он знает все, держу пари!

Но мы с тобой поговорим

под эту рюмочку о вечном.

Потом нальем еще вина.

Для слуха эти имена -

сама поэзия, конечно.

 

В младые годы, далеко,

когда влюблялись мы легко

и жили на одну зарплату,

тогда грузинское вино

мы добывали, как руно,

лишь по знакомству и по блату.

 

Ах, кахетинское вино,

меня пленившее давно,

ах, "Алазанская долина"!

Там виноградник у реки,

и располнели бурдюки,

где держат молодые вина.

 

Ах, "Енисели"! - вот коньяк!

Есть в коньяке особый смак,

когда ты с другом пьешь на пару.

В сияньи огненном бокал...

Его и Черчиль попивал

под неизменную сигару.

 

На холмах Грузии лежит

ночная мгла, и сладко жить

с бутылочкой "Киндзмараули".

Беседой тихой за столом

живет и дышит теплый дом

когда все прочие уснули.

 

И, где б ты ни был, дорогой,

кусочек родины с тобой,

что будет радовать и мучить.

Ho разрешить нам не дано,

с чем жить - с виною иль с вином?

Слова недаром так созвучны.

 

Валентина Гиндлер

Июль, 2011